February 11th, 2010

Свердловский Рок

Когда-то я был рок звездой. Это получилось не специально, как у всех настоящих рок-звёзд. На дворе стояло самое начало девяностых, перестройка была делом очевидным, рок был му(зой)зыкой перестройки. К тому времени у меня возникла и росла страсть к творчеству, я уверенно писал стихи, за некоторые из которых и сейчас не стыдно:

Зелёные сосны под окнами
качают редкими кронами.
Зелёные сосны под окнами -
их топоры не тронули.

Одну из них однажды
свалило сильным ветром,
она на землю упала,
ужасно скрипела при этом,

потом она долго лежала
мешая ходить прохожим,
под самым моим балконом,
бревном на бревно похожим.

Это я помню скорее потому, что история реальная. Вид из моего окна в Свердловске-44 и то, что за этим окном происходило.

В 92-ом году меня внесли в список участников фестиваля "Рок-акустика" в Свердловске (или уже Екатеринбурге).
А мой родной город Свердловск-44 ещё даже не переименовали в позорный Новоуралськ. Мой первый наставник журналистики, прекрасный человек и горький пьяница, уходящий в запои вместе с редакционными пишущими машинками, их пропивающий конечно, Владимир Берюхов однажды устроил настоящую диверсию. Он работал в демократической "Новой городской газете". Её тираж в тот момент составлял 25 тысяч экземпляров и расходился не только в Новоуральске, но и в радиусе 100 километров. Кроме него в газете работали ещё несколько фанатиков демократической журналистики (представляете, какими они были в закрытом городе Свердловск-44 - Новоуральск, среди гор, тайги, и буквально  посередине междё Нижним Тагилом и Екатеринбургом). И была ещё пара настоящих маразматиков. Пьяный в дюпель Володя Берюхов однажды правил макет газеты и свою передовую статью прямо перед сдачей номера. Передовица была критической, кричащей и обличительной. Какое-то журналистское расследование по поводу городской бюрократии. Володя увлёкся. На следующий день во все почтовые ящики, во все киоски союзпечати, в каждый дом и организацию пришёл свежий номер. Его шапка была набрана тем же обычным ужасного дизайна капслоком, что всегда. Но обычно там было написано одинаково огромными буквами: НОВАЯ ГОРОДСКАЯ ГАЗЕТА, и чуть ниже: НОВОУРАЛЬСК. В этот раз всё было так же, кроме одной буквы. Название города было написано следующим образом: НОВОУСРАЛЬСК. Почему-то это потрясло город. Все уже понимали, но никто не печатал в 25-ти тысячах экземпляров.

В эти славные времена я стал участником фестиваля "Рок-акустика". Он проходил во дворце железнодорожников. Была толпа народу, куча известных и никому не известных рок-команд, богемка, сочувствующие, и вся та молодёжь, что сегодня ходит в толстовках с капюшоном. Действие должно было растянуться на двое суток, оно было не бесплатным, на него продавали билеты. Им зарабатывали деньги! И вот, выступили первые группы, а потом на сцену вышел Буба и спел пару песен пародийного характера:

Мы будем жить с тобой
в высохшей скважине,
если нас выкинут из
маленькой хижины...

Но я уже не хочу быть мужчиной,
я хочу, чтоб меня растащило!

Милиционер московскийВсем нравилось, все слушали и ликовали. Кроме одного сержанта лет сорока пяти, который поддерживал порядок и следил, чтобы никто не выкрикивал "зиг хайль". Это точно было его главной задачей, хоть он её и не декларировал, а никто вокруг и не подумал бы кричать что-то по немецки. В моде был РУССКИЙ рок! Но во время третей бубиной песни сержант решительным шагом взошёл на сцену, наступил на горло бубиной песне, в переносном смысле, но резко и умело. Взял микрофон и сказал: "Это безобразие больше продолжаться не может! Концерт отменяется! Я не позволю тут ругаться со сцены" - всё это с жутким уральским акцентом и... Можно я его опишу, а вы мне поверите, что я не приукрашиваю ни слова!?

Серые форменные брюки заправлены в чёрные блестящие ваксой хромовые сапоги. На голове - огромная фуражка. Он был худощав и его лицо делили пополам длинные усы, такие которые не падают, а торчат в сторону от лица ещё на несколько сантиметров.

Он был ОДИН. Просто сказал, как отрезал. И всё кончилось. Отрубили электричество от всего музыкального, на сцене погасло освещение, переполненный зал опустел. Зрители расползлись, оставшиеся участники залезли на маленький паровоз возле ДК и полувсерьёз несколько раз громко спели для редких прохожих: "Этот поезд в огне". Потом ещё попёрлись под какой-то мост, слушать песни под гитару на свежем воздухе.

Думаю, многие участники того концерта стали теперь звёздами рок-музыки. Я не стал. Я так и не смог в свердловской рок тусовке понять, почему все пьют пиво и ты тоже должен это делать? Но это было для меня не самой неподъёмной задачей. Вторая загадка сложнее: почему всем вокруг нравятся песни Чайфа, и надо обязательно петь их под гитару на кухне. Вот это вообще я не смог понять, хотя подавал надежды в рок-музыке среднего Урала.

Однажды я был приглашён своими друзьями на пьянку в ресторане Центральной гостиницы по случаю выхода на фирме Мелодия их пластинки. Это, по моим наблюдениям, была как раз последняя пластинка фирмы Мелодия. Потому что у всех давно появились сидиплееры и винил был нафиг никому не нужен. Потому, к сожалению, мои друзья суперзвёздами не стали, зато на этом мероприятии были почти все свердловские рок-кумиры, кроме наверное Бутусова, который уже сбежал в Питер. Все пили, разговаривали и шутили когда вдруг в ресторан вошли кабацкие музыканты начали петь: "У Светки Соколовой день рожденья". Пели они громко и отчётливо. Оказалось, что ансамбль входил в прайс съёма зала ресторана. Это было круто ещё и потому, что песен пять лабухи не понимали кому играют. Просто работали не глядя в зал, наполненный уже федерально-медийными персонажами знаменитого тогда Свердловского рок-клуба.

Очнулся солист. Он вдруг всмотрелся в зал. Я прямо видел этот момент, он всмотрелся, лицо как-то страдальчески изменилось и песня оборвалась на полуслове...

Жестами он остановил своих музыкантов и сказал только одно слово: ИЗВИНИТЕ.

И все они ушли, вместе с блестящими гитарами и клавишами, такими знаете, которые держат на ремне и танцуют.

Вообще время было душевное. Однажды я заказал по почтовому каталогу несколько виниловых пластинок, которые были страшным дефицитом. На общую сумму 14 рублей. Прошло примерно два года, к тому времени все те пластинки, что заказывал я купил уже в комиссионке по 14 копеек, но вдруг мне приходит почтовая квитанция на мог заказ из ранней юности. Я конечно проигнорировал, но ещё через год мне пришло письмо от ДИРЕКТОРА Апрелевского завода грампластинок с его личной подписью, да и по стилю напечатанного на машинке текста можно было догадаться, что его диктовал машинистке директор завода. Я не помню текст дословно, но кажется директор меня пугал, что если я не оплачу свой заказ срочно, он - директор оставляет за собой право обращаться в суды любой инстанции.

Я написал в ответ издевательское письмо, расскав всё то, что и вам обзацем выше... Получается, мы с директором Апрелевского завода грампластинок переписывались всего один раз...
  • Current Music: Алдар Косе говорит по-туркменски! Алдар Косе, Алдар Косе не ходит в медресе!
promo naritsin december 20, 2013 10:04 6
Buy for 100 tokens
И всё-таки, в голове у множества людей сегодня кое-что сломалось. Возможно это эволюционный процесс, ведь мрачное средневековье тоже привело к эпохе возрождения. Но считать, что мы сейчас как раз и находимся на самой границе эпох, мне кажется глупо. Средневековье длилось много тех самых средних…

Лампочка Чубайса

Однажды я вел одну передачу на некоем питерском канале. Передача была забавная и меня очень развлекала, чего не скажешь о телезрителях. Своими рейтингами они показывали, что юмор у меня редконаправленный. Тем ни менее как-то подошёл ко мне шеф и предложил мне в эфир Чубайса. Во первых другие ведущие не знали о чём с ним говорить, во вторых Анатолий Борисович вообще не особо вписывался в развлекательный формат. В третьих было похоже, что кто-то, кому-то, куда-то, сколько-то занёс и надо было не просто отработать чьи-то деньги, а ещё и сделать это весело и непринуждённо. Ну мы так примерно и сделали...

Это другие лампочкиУтром, собираясь на работу и представляя вечернюю задачу, я подумал, что неплохо было бы взять у Чубайса автограф в эфире, но не на бумаге. А на чём? На чём? Чём?
Решение пришло само - ЛАМПОЧКА! Я прямо из дома взял такую импортную - сименс, 60 ват, с блестящей зеркальной окраской боков. В конце эфира достал её откуда-то и дал Анатолию Борисовичу на подпись, а в другую руку дал ему специальный нестираемый маркер. Он даже удивился, мне кажется от такого креатива, как и от всей программы в целом. По крайней мере пресс-секретарь Ленэнэрго была в бешенстве.
Анатолий Борисович подписал лампочку и с некоторым уважением к самому себе в голосе сказал:




- Вы уж берегите её. Всё таки Чубайсом подписана.
- Я привык использовать вещи по прямому назначению, - вырвалось у меня.
- И что вы с ней сделаете?
- Ну не знаю пока... Наверное вверну у себя на кухне, - нашёлся я в эфире.

Так и получилось. Я пришёл домой и первым делом ввернул лампочку на обещанное место. Там она и горела целый год, пока ко мне не заехали очередные московские гости. Я рассказал им историю, они изменились в лице:

- Сколько ты хочешь за эту лампочку?
- Парни, да нисколько, если вам надо, берите так!
- Давай!

Мы вошли в кухню, я встал на табурет и развинтил хитрый древний петербургский плафон, в котором лампочка была вкручена автографом вверх. И...
За год надпись нестираемым маркером сгорела и испарилась. Осталась просто импортная лампочка и прослужила мне ещё какое-то время, москвичи потеряли к ней всякий интерес сразу после исчезновения автографа.

Анатолий Борисович был прав - надо было беречь...

Но у этой истории есть продолжение. Как-то много позже, перед моим переездом в Москву, мы большой компанией зашли в модный питерский клуб. Нас было шесть человек, клуб был забит под завязку и некуда было сесть. Мы толклись возле редких столов, пытаясь куда-то приткнуться. Шансов не было. Вдруг из-за одного столика вскочил какой-то модный персонаж и лихо выгнал из-за столешницы всех собутыльников. Затем подошёл ко мне и сказал: "Садитесь". Мы в недоумении расселись, я стоял и ждал объяснений. Он наклонился к моему уху и в грохоте музыки проорал: "Я бы никогда тебе места не уступил, если бы ты ЛАМПОЧКУ У ЧУБАЙСА НЕ ПОДПИСАЛ!".

Лампочка чубайса всё же принесла мне дивиденды.